Беслан, “Норд-Ост”, СВО…Что дальше?

За годы правления Владимира Путина в России стабильно происходят теракты, взрывы и другие масштабные катастрофы. Спасательные операции проваливаются, так как планирование и эвакуация проходят на слишком низком уровне. Правительство должно гарантировать безопасность, но Кремль не может обеспечить надлежащую помощь в критических ситуациях.

Материалы не попавшие на сайт мы выкладываем в нашей Viber-группе и Telegram-канале. Обязательно проверь!

Люди для путинского режима — пешки, жизни которых не так уж и важны. Верхушка считает, что их главная роль — явка на голосованиях. К сожалению, это даже не галочка в бюллетене. Система правления не ориентирована на благополучие населения. Достижение персональных целей и жесткий контроль — на первом месте. Это идет вразрез желаниям и нуждам обычного гражданина.

Некоторые эксперты объясняют, что Путин таким отношением пытается бороться с оппозицией. Президент хочет показать населению, что в стране может случиться коллапс, если не будет защиты со стороны властей и силовых структур. Поэтому власти искусственно провоцируют бедствия с целью их пресечения. Для них главное демонстрационная часть: “глобальная трагедия — спасение — поклонение”. Это игра одного актера. Поэтому и результаты голосования, и демонстрация террора — дело рук властей. Самое ужасное, что “показуха” стоит десятки тысяч жизней. Невинных жизней обычных россиян.

Если взять ситуацию с терактами, стратегия такова: затянуть процесс поиска виновных, замять ситуацию, дать время населению переключиться на другое происшествие.

Норд-Ост. Октябрь, 2002 год

Здание Дома культуры ОАО “Московский подшипник” было захвачено во время мюзикла  «Норд-Ост». 916 человек оказались заложниками. Время переговоров составило три дня, во время которых удалось спасти всего 50 человек. Во время операции по спасению заложников отравили усыпляющим газом, состав которого до этого времени неизвестен. В результате непрофессионального подхода к операции погибло около 150 людей по разным данным, раненых — более 700 человек.

«Неадекватное планирование спасательной операции,» — резюмировал Европейский суд по правам человека.

Попытки оправдать преступление особой тяжести. Сам же президент Путин обозначил: “Я уверен, что если бы мы пытались решить ее иначе, это все до сих пор бы продолжалось. Можно было рассчитывать на более эффективную деятельность, может быть, наших специальных подразделений, специальных служб, но то, что мы должны были пресекать это, эти попытки дестабилизировать ситуацию в России, — это совершенно очевидно”.

Обвинение самих жертв в собственных смертях. «К сожалению, там погибло немало людей – погибли не из-за перестрелок и не из-за газа, а из-за неумения действовать. Было достаточно антидота, надо было просто делать укол и всё. Кому-то сделали три раза, кому-то ни одного раза. Мы провели расследование, очень тщательное, но в этих условиях трудно кого-то наказывать: люди сами шли на смерть,» – слова В. В. Путина.

Замыливание глаз родственникам, приуменшение значимости трагедии. “Семьям после теракта выдавали разрешения на похороны на разных кладбищах и в разное время. Это было сделано, чтобы не было «ощущения массовой трагедии.» — слова тех потерпевших, кто пытался найти погибших родных после трагедии.

Нежелание президента брать ответственность за происходящее. «Был построен монумент без списка жертв и без упоминания конкретного теракта. Цветы положили, и можно забыть.» — комментирует Дмитрий Миловидов, член координационного совета общественной организации «Норд-Ост», созданной после теракта.

Беслан. Сентябрь, 2004 год

Школа №1 в городе Беслан (Северная Осетия) была захвачена террористами.  1128 заложников, включая детей, их родителей и сотрудников школы. Ситуация была критической. Людям не давали еды, воды и возможности воспользоваться медикаментами. Переговоры оказались бесполезны. Террористы не шли на уступки. На третий день силовики штурмовали здание. В результате 333 смертей, среди них 186 детей, 783 раненых.

Очевидцы делятся собственными переживаниями и потерями. Это единичные показания, которые могут случиться с каждым и, более того, перерасти в масштабные трагедии.

Абсолютно некомпетентны в реализации штурмовых действий, рискуя жизнями сотен обычных людей. “После взрывов я с дочкой убегала в столовую. В зале было много раненых, они кричали. Их можно было спасти, но потом начался штурм здания. Были выстрелы, все загорелось, и они сгорели заживо.” — очевидица Алла Ханаева о происшедшем 3 сентября.

Не жалеют даже детей. “Я отправила детей в школу. Отправила старшую дочь с внуками. Два внука у меня погибли там. Все три дня я надеялась, что наше правительство, наше государство поможет им. Однако этого не произошло. Мои внуки, которых я воспитывала с 4 месяцев, близнецы, погибли.” — прискорбно рассказывает потерпевшая Светлана Бероевоя.

СВО. Февраль, 2022

Спецоперация на Украине продолжается уже больше трех месяцев. По некоторым оценкам, убито более 30 000 тысяч российских солдат. Чьих-то сыновей, братьев, отцов. Их просто кинули на произвол судьбы под благородным предлогом “спасательной операции” без надлежащего снабжения, нормальных условий, четкого плана. Для командирования армия в этом случае — пушечное мясо, которое они вынуждены отправлять на Украину, чтобы отчитаться властям о выполнении плана спецоперации. Вот только количество жертв, в общем, стремительно приближается к непостижимому уму числу.

Командование дает пустые обещание, бросает на произвол, без четких приказов и стратегии в общем. «Ребята рассказывают, что кинули их как только на передовую, и говорят, типа, окапывайтесь и все, не дают, сейчас мы приедем, и кидают, и через полчаса, ну, то есть пушечное мясо…» — рассказывает военнопленный Александр Луханин.

Отсутствие нормальной подготовки солдат, пренебрежение их жизнями. «Мне сказали: будешь танкистом. Я никогда не был танкистом, я вообще не хотел идти в бой. Мне сказали, захочешь жить — научишься стрелять. Дали стрельнуть два раза. Я стрельнул, увидел, что на поле взрыв,» — говорит военнослужащий Владислав Воронцев.

Могут ли россияне повлиять на выбор властей? 

Открытым остается вопрос: сколько еще будут играть жизнями обычных людей, запугивать и манипулировать? Кому нужно правительство, которое обесценивает жизни собственных граждан? Чего ждать дальше — непонятно, и от этого становиться страшно.